страхование Военная ипотека: на какое жилье может рассчитывать офицер
инвестиции Как оспорить кадастровую стоимость земли или недвижимости Переоценка обычно целесообразна для коммерческих объектов
кредиты Уже не страшно Новые санкции США не несут ущерба экономике РФ
О чем пишут | Общество и политика | 
Поиск
везде
в новостях
в аналитике
в справочнике
Версия для печатиОтправить материал по почте

30 октября - день памяти жертв политических репрессий

Сегодня, в День памяти жертв политических репрессий, который отмечается в России, над Левашовской пустошью под Петербургом прозвучат имена казненных во время большого террора. Все они – из книги памяти "Ленинградский мартиролог, 1937 – 1938", над осуществлением которого уже много лет работает центр "Возвращенные имена" при Российской национальной библиотеке. О том, чем сейчас занимается центр, "Санкт-Петербургским ведомостям" рассказал его руководитель Анатолий РАЗУМОВ.

– В декабре прошлого года состоялась презентация 11-го тома "Ленинградского мартиролога", в который вошли имена людей, казненных в Ленинграде за октябрь и первую половину ноября 1938 года. На очереди следующий?

– Напомню, в 11-й том вошли данные на 5194 человек – почти всех казнили как "шпионов, диверсантов, вредителей и террористов" по внесудебным приговорам. Это был уже завершающий этап карательной кампании, начавшейся 5 августа 1937 года по секретному приказу НКВД. Когда карательная кампания завершилась, расстрелять успели не всех, и тогда их дела направляли "по подсудности". В Ленинграде таких оказалось 999 человек, их имена вошли в 12-й том "Ленинградского мартиролога" (он находится еще в печати) наряду с именами умерших в тюрьмах и тех наших земляков, кто расстрелян в других местностях. 13-й том – сводный и итоговый по большому террору 1937 – 1938 годов.

Всего мы выявили 43 тысячи имен расстрелянных либо приговоренных к расстрелу, но по каким-то причинам не казненных. Идет работа над 14-м томом, он посвящен репрессиям с 1934-го по 1936 год. Всего предполагается издать 17 томов, которые "закроют" весь период государственного террора в нашем городе с 1917-го по 1954 год. Презентации каждого тома проходят в Российской национальной библиотеке. Вся работа над Книгой памяти идет при одобрении комиссии по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий и финансовой поддержке комитета по социальной политике Петербурга.

– Из чего складывается работа центра?

– Она состоит из двух частей. Первая – работа с источниками государственных архивов (прежде всего архива ФСБ по Петербургу и Ленинградской области), запросы в другие архивы госбезопасности и МВД России и ближнего зарубежья. Вторая – работа с родными репрессированных, погибших или выживших во время репрессий. Идет сбор фотографий, воспоминаний. Люди звонят, приходят, пишут; это продолжается ежедневно. Сайт центра "Возвращенные имена" пользуется огромной популярностью. Удается сделать наибольшее из того, что возможно. Каждую неделю мы дополняем список имен на сайте. Ведь главная цель – помочь людям и работать на сохранение национальной памяти.

– В ваших руках – брошюра "Левашовское мемориальное кладбище". Расскажите о ней.

– Презентация этого издания состоится в день памяти жертв политических репрессий непосредственно на Левашовской пустоши. Тираж предыдущего выпуска, изданного на русском и английском языках, давно уже разошелся, и новый был насущной потребностью. Здесь в кратком виде есть все, что нам удалось узнать за двадцать лет работы над "Ленинградским мартирологом". Есть тут и записи из книги посетителей Левашовского кладбища. Особенно трогают слова, оставленные школьниками, для которых, казалось бы, те события очень далеки: "Мы все со всеми будем скорбеть и помнить...".

Брошюра вызвала большой интерес, она уже переведена на французский язык, готовится ее перевод на английский, немецкий, итальянский, финский языки.

– На территории кладбища постоянно возникают новые памятные индивидуальные знаки, поставленные родственниками, и большие мемориалы. Что появилось за этот год?

– В нынешнем году был поставлен памятник репрессированным трезвенникам-чуриковцам. Проживали они в основном в Гатчинском районе. Глава общины Иоанн Чуриков умер в заключении.

Был обновлен украинский знак, а также белорусско-литовский – он был первым большим памятником в Левашове. Сложилось так, что у каждого памятника есть свои дни поминовения. Для новгородцев это 5 сентября – годовщина начала красного террора. Они в этот день установили памятник и каждый год приезжают к нему. У финнов Левашово – часть традиционного туристического посещения Петербурга. По наблюдениям дирекции кладбища, кладбище посещают в год несколько тысяч людей.

– Акция памяти 30 октября пройдет не только в Левашове?

– Основные события будут в Левашове – туда в 12.00 отправятся автобусы от Соловецкого камня на Троицкой площади. Как и в прошлом году, мы будем читать на Левашовской пустоши имена погребенных. В 18.00 эта акция продолжится во дворике Фонтанного дома у Музея Анны Ахматовой. Что касается других расстрельных мест, то один большой автобус отправится на Ржевский полигон – в Ковалевский лес и на Койранкангас.

С местами погребений жертв массовых репрессий до сих пор все окутано тайной. Большая часть подобных мест не найдена, но прежде всего не подтверждена документально.

– Документов нет в принципе или они недоступны?

– Прежде всего, как правило, в документах о расстрелах не фиксировалось место погребения и казни. Это делалось сознательно – в целях нераспространения информации. Вообще к массовым казням имели отношение считанные десятки человек в каждом регионе. Занимались этим комендантские команды НКВД, которые выполняли все работы – расстрел, маскировку, охрану. Не найдена даже инструкция 1937 года о расстрелах, которая упоминается в приказе о проведении "Операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов".

Очевидно, в той инструкции речь шла о том, что мы теперь уже знаем по массовым операциям 1937 года. Прописывалось, что при расстреле по внесудебным приговорам не требуется присутствие врача, прокурора, судебных работников. Думаю, там говорилось, что приговор перед расстрелом не объявляется. Теперь это нам известно по косвенным свидетельствам: тем, кого приговорили к расстрелам, объявляли, что переводят в другое место для каких-то целей. Делалось это для собственного спокойствия, ведь речь шла о массовых казнях. А вдруг бы произошло нападение на конвоиров?

Даже в ряде специальных операций заготавливались "этапные списки". На самом деле по ним людей перевозили на место расстрела. Это, кстати, очень похоже на ситуацию с расстрелом польских интернированных офицеров в 1940 году: на них тоже заготавливались этапные списки, им объяснялось, что они переводятся в другие лагеря. Зачем? Чтобы провести операцию надежно и спокойно. Речь ведь шла об офицерах, людях сильных духом, которые потенциально могли взбунтоваться. Ведь известны случаи нападения на конвоиров. Так случилось в Сандармохе в Карелии, из-за чего там прекратили расстрельную операцию в 1937 году. Место оказалось в этом смысле раскрытым и очень неудобным.

Сергей ГЛЕЗЕРОВ Санкт-Петербургские ведомости
30 октября 2012 г.

О проектеРекламаКарта сайта